В ее мире все было сложно, слишком сложно для тех кто пытался ее понять. В ней чередовались эмоции, зашкаливали чувства и превалировали желания, Пэм давно позволяла себе необоснованные реакции, которые она предпочла бы назвать интуицией, а не истерикой.
Памела скользнула руками вдоль ветви дерева, которое только что появилось в ее окне, воздействие ее мутации на растения все еще впечатляло. Она все еще потакала своим маленьким шалостям, несмотря на то что они были порой довольно убийственными. Она потакала себе в том, что называлось желанием жизни, она выращивала растения, порой безумные растения, порой несуществующие уже тысячи лет растения.
Если бы у нее было чуть больше лабораторий, чуть больше сил, чуть больше влияния, мир давно погряз бы в лианах, переплетенных в ветвях деревьев.

Если бы она могла скользнуть в мир невидимой, неощутимой силой скользнуть в леса амазонки, чтобы привести их к буйному росту. Пэм вздохнул и провела пальцами вдоль зеленого листка, который был в ее окне.

Аркхэм.
Аркхэм и Бэтмен, который предпочитал держать всех безумцев в одной связке. Как это глупо в самом деле, как это не хорошо со стороны этого подлого мальчишки, потому что Пэм не была безумной, Пэм не была одной из тех психопаток, который убивали без разбора.
Нет-нет.

В ее голове было несколько моментов, за которые она согласна была убивать. Это растения и их боль, невыразимая, невыносимая боль за тех, кто не мог постоять за себя и дети. Обычные человеческие дети, хрупкие, похожие на цветы, сомнительные в своих решениях, но все еще чистые, все еще способные сделать мир чуточку лучше, очистить Готэм например. Она готова была за них убивать, она готова была скользить в тенях, сплетать сети, выпускать феромоны и убивать за тех, кто слабее нежели она сама.

Но Аркхэм в чем-то сводил ее с ума, делая все ее потребности острее, делая ее жажду жизни более яркой, более жуткой, более страшной. Памела в который раз сомневалась в том, что ее решение согласится на арест было верным, настолько ли она была сильна, чтобы оставаться здесь? Было ли это ее желанием? Или это была чья-то тень в ее голове, которая затмила разум и попросила неосуществимого.

Она еще раз осмотрела листок в своих руках и вздохнула.

Больница была полна насилия, ночи здесь никогда не были тихими, а она никогда не могла выбраться за столь толстые стены. Пэм ожидала чего-то…

В последнее время здесь происходили странные вещи, она не вдавалась в подробности, чтобы не создавать с кем-то из существующих преступников коалицию. Но тем временем, Аркхэм рушился изнутри, не способный сдержать силы, которые в нем были заключены и она ожидала момента, когда лист в ее руках станет ее оружием.

- Мисс Айсли? – Она развернулась к доктору, ласково улыбаясь и показывая собственное желание сотрудничать.

Он был в маске, чтобы не дышать феромонами, если она их выпустит. Не многие в принципе могли против нее устоять, а уж тем более люди, которые не были обучены сопротивляться собственным желаниям.

- Доктор. – Улыбка не коснулась ее глаз, но Пэм все равно замерла, примеряясь к тому, кто попытается в очередной раз ей помочь.

Вдруг это станет интереснее местных сплетен о Джокере?