[indent] Рас в свое время собрал под опеку много интересных... личностей. И все они в большинстве своем разлетелись, стоило Голове Демона кануть в небытие. Тогда Талии было не с руки собирать их заново, возиться, пытаться что-то делать, сейчас же, когда ее статус в Лиге не подлежит сомнению, она вернулась к отцовским вкладам. Они не сходились с ним во взглядах на некоторые вещи, Рас сомневался в Талии, как преемнице, Талия стремилась доказать обратное и ошибалась. Потом стремиться перестала, неожиданно стало проще. И теперь, пересматривая рабочие связи отца, Талия отбрасывает в стороны нежизнеспособные варианты. Как, например, с Лэнгстромом. И то, на него аль Гул потратила время, о чем теперь жалела. Даже несколько часов жалко, когда не срабатывает схема действия.
[indent] Джонатан Крейн для инвестиций выглядел многообещающим. Правда, тени не смогли доложить, где в последние годы находился Крейн, но это дело такое, можно и спросить, если станет слишком любопытно. Встреча назначается в одном из самых фешенебельных ресторанов Готэма, такие тут тоже имеются, оказывается. С виду аккуратная вывеска, швейцар открывает дверь, но его почти сразу же оттесняет Убу. Талия подает руку верному слуге, кутается в невесомое легкое манто, оно серебрится при искусственном свете гирлянд. И кивает Убу - дальше она сама. Недовольный взгляд слуги Талия игнорирует, тот мнит, что обязан защищать госпожу ценой собственной жизни, и в принципе Талия не спорит с этим. Верность, видимо, у него в крови, верность тем, кто носит фамилию аль Гул. Талия по первам насторожено относилась у рвению Убу, но со временем убедилась, она еще жива, значит, Убу и правда верен.
[indent] Манто легко падает на руки метрдотелю, в ладонь холодом ложится номерок, как неэлегантно, надо же. Талия называет номер столика, и следует за проводником. Ничего лишнего на ней, лишь незатейливое черное платье, аккуратные, даже скромные украшения. Восточная любовь к звенящим браслетами и серьгами сегодня отмалчивается, остается лишь тонкий аромат пряностей, который мягко обволакивает женщину. Беззастенчивые взгляды, любопытные взгляды, смущенные взгляды - шлейфом тянется за Талией, в какой-то момент кажется, что все до единого наблюдают за ней. Но это иллюзия, обман, так по крайней мере должно быть, она эффектна, но тем не менее, не жаждет стать предметом внимания всего ресторана.
[indent] Полумрак обнажает Джонатана Крейна. Хорош собой, сочетается с окружающей средой, только глаза за стеклами очков выдают его, а может Талии кажется. Или нет. Если присмотреться, то внимательный взгляд отыщет в нем толику безумия. Возможно, Талия просто знает, что искать. Она принимает знаки внимания Джонатана, занимает место напротив, изящным жестом откладывает на край стола и берет меню.
[indent] - Да, действительно, я копия матери, - что всегда доставляло Расу отдельную боль. История с матерью Талии была всегда мутной. Дочь ее не помнила  от слова совсем, кто-то говорил, что недруги Раса убили его жену, кто-то рассказывал, что Рас сам сгноил ее в тюрьме, та была конченой наркоманкой. Истина где-то есть, наверняка, но пока что на Талию смотрит лицо матери со старых фотографий, где и правда заметно такое яркое сходство. - Даже не знаю, как на это реагировать, - в тон Джонатану отвечает женщина, протягивая руку для пожатия.
[indent] Психиатр, ставший безумцем. Был ли сломан изначально или таковым его сделал Готэм?
[indent] Талия вскидывает взгляд на официанта, делает заказ - запеченное мясо под клюквенным соусом и бутылку самого дорого вина, бесспорно красного, тем самым оставляя выбор Крейну только в мясе, без шанса переключиться на рыбу. Она смотрит на него с толикой любопытства, ожидая, как он отобьет ее подачу, примет ли ее выбор или попробует сыграть по своему.
[indent] - Что предпочтете? - кивает на меню.