[indent] За спиной все еще поговаривали, что Талия не способна рулить Лигой убийц. Дочь Демона его Головой не была. Замечательная игра слов, полная бессмыслица в целом. Талия на шепотки внимания не обращала. Впивалась ногтями в ладони, улыбалась весьма приветливо, обнажая белые зубы, а со временем самые неудачливые недоброжелатели исчезали. Оставались сильные. Они были оппозицией, напоминанием для Талии, чтобы не зарывалась. В борьбе находилась истины, а убийцы служили своей госпоже верой и правдой, пока она играла на их стороне. Симбиоз - смертельно-действенный.
[indent] Переехать в Готэм странная идея. Удачная и рискованная одновременно. Мало кто знал, что все дело в мальчике. Талия не была лучшей матерью на свете. Сына сдала Брюсу на воспитание, словно платила дань за Джейсона, который стал на время ее надеждой на что-то, от чего Уэйну будет больно. Боль - это то, что никогда между ними с Брюсом не исчезнет. Он принес ей это чувство, она долго его в себе взращивала. Кровь на искусанных губах, чтобы ночами не кричать, обломанные ногти, вспоротые зубами наволочками. Она любила, она ненавидела, она выбирала. Все еще не до конца выбрала. Ее сын был важным элементом игры. Сына Талия любила, пусть и своеобразной любовью. Это не подарок Брюсу, нет. Но сегодня не тот вечер, чтобы об этом думать. Сегодня она возвращает свою собственность себе.
[indent] Такси канареечного цвет - яркие пятна серых мартовских улицах. Готэму не хватает ярких красок, даже летом они в дефиците, сейчас - тем более. Красные туфли контрастируют с лужей, ночью был дождь. Элегантность каплями разгоняет мрачность дня, одиннадцать часов, а солнце редкими лучами оттеняет волосы Талии. Несколько купюр щедрости таксисту, а перед ней раскрывает двери здание частных офисов и лабораторий. Талия локтем принимает ридикюль, в него не спрячешь пистолет, но в этой женщине столько опасности, от макушки до пяток, что риск как духи обвивает ее всю. Но аль Гул предельно вежлива, в глазах столько ласки, что в пору задаться вопросом, а сколько яда в ее крови. Она считает этажи вместе с табло лифта, но не строит фразы разговора. Ложь часть нее, спецслужбы рыдали бы за ней кровавыми слезами, мечтая иметь ее в штате. Но Талия не дается в руки, легко благодарит улыбкой мужчину, пропустившего ее вперед из лифта. И не оглядывается, лишая его шанса получить ее телефон.
[indent] - Добрый день, доктор Лэнгстром, я вам звонила сегодня по поводу частного заказа, - и ведь звонила. Исполнительный директор небольшой фармакологической фирмы, которой нужны частные анализы нового препарата. Но для начала обговорить условия. - Спасибо, что уделили мне время.
[indent] Протянутая рука без перчатки кажется бледной. Красивые тонкие пальцы, увитые кольца, запястье в браслетах. Если бы кто-то рискнул назвать цену Талии, все равно ошибся бы, но роскошь неотделима от нее.
[indent] - Талия Моррисон, - напоминает женщина с легким французским акцентом мягким грудным голосом. Проверяет, узнал ли. Но узнать не мог, Лэнгстром имела дела с отцом, но не с ней, в тот период она пыталась избавиться от Раса в своей жизни.